- Выкидыш, - сказал Наташе врач, когда она на следующий день навестила Катю в больнице. - Сильнейшее нервное потрясение... Что же вы, сударыня, не уберегли подругу? Ребенка вынашивать - дело ответственное.

- Скажите, это была девочка? - не удержалась она от вопроса.

- Мальчик, - вздохнул врач. - Головина носила мальчика.

Выходя замуж за Федора Головина, Катя Гапоненко посмеивалась:

- Надо же, второй брак, и опять на "г".

Федор слегка обиделся, а Наташа уточнила:

- С этим браком ты получила целых два "г".

- И какое же второе?

- Графиня. Графиня Головина.

- Перестань, Ната, - почти прошипел Федор и нервно оглянулся, хотя разговор происходил в его квартире и никто не мог их подслушать. - Разве в наше время можно шутить такими вещами?!

- Прости, - спохватилась Наташа, - что-то я и вправду разболталась...

Говорили они об этом десять лет назад. Сейчас Наташе и в голову не пришло бы пошутить подобным образом. Шел 1933 год. Слишком много было примеров вокруг - кто вовремя не остерегся, тот пропал... А, впрочем, берегись, не берегись... Как сказал сам вождь народов, лес рубят - щепки летят. А щепки в данном случае как раз они сами и есть. И летят почему-то только в северном направлении. В лагеря. И то при условии, если их не сочли особо опасными. В противном случае уничтожают и щепки...

Она не осуждала осторожности и даже перестраховки Головина ни тогда, ни теперь. Уже многие его друзья и соратники исчезли с лица земли, поплатились за свою фанатичную преданность революции. А если точнее, сочли себя равными вождю, поскольку они вместе стояли у её истоков и считали, что могут, как и Он, пользоваться плодами своей борьбы.

Выходит, фанатизм в любых проявлениях ничем хорошим не кончается. Человек, излишне увлеченный чем-то, теряет объективность, не замечает того, что в обычном состоянии непременно бросилось бы ему в глаза.