— Рози, сойди с охотничьей тропы. Мне нужен твой богатый опыт.

— Ты имела в виду мою житейскую смекалку, острый ум и безграничное обаяние?

— Да, да, да! Я хочу знать, как ты снимаешь мужиков.

— Фу, Эмили Феллоуз! Где ты набралась таких выражений?! Снимаю… Они сами так и падают, так и падают…

— В кровать к тебе…

— Это мелко, Гай. Я тебе сто раз говорила: присоединяйся. Вам сейчас тоже разрешили жениться. Взять хоть Элтона Джона… Так вот, Эмили, снимаю, как ты выразилась, мужиков я именно при помощи тех самых качеств — житейской смекалки, острого ума и безграничного обаяния.

Гай критически обозрел бесконечную линию безупречного бедра Рози и пробормотал:

— Раньше это называлось несколько иначе…

Слух у Рози был прекрасный.

— Не сомневаюсь, что иначе, потому что острый ум ты не узнаешь, даже если он выскочит из-за угла и даст тебе леща.

Эмили торопливо вклинилась между двумя воюющими державами:

— Хэлло!!! Сфокусируйтесь на мне, потом подеретесь. Мне нужна ваша помощь, причем в смысле как мужчин, так и женщин…

— Это как это?

— Я не очень разбираюсь в методах обольщения. Да, я знаю, что подписываю себе смертный приговор, признавшись в этом, и рано или поздно вы мне об этом напомните, но я считаю вас лучшими подругами — Гай, я не шучу! — и прошу у вас помощи… И вообще, сегодня я получило «мыло» от Алека. Свидание вслепую, помните? Вот!

Гай и Рози некоторое время изучали распечатку, а потом Рози изрекла своим роскошным грудным голосом:

— Все ясно, он тебя либо отшил, либо не запомнил.

— А то я не поняла.

— Зато зуб даю, что ты не поняла, почему тебе такое невезение. Между тем проблема настолько легко объяснима, что даже какая-нибудь малолетка догадается…

— Рози, прекрати строить из себя психолога.