Итан предложил:

— Пойдемте к водопаду, Эбигейл.

Узкая тропинка вела к смотровой площадке. Сплошная завеса белой воды падала со скалы в широкую темно-зеленую заводь, окруженную гладкими, покрытыми плющом камнями.

Небольшая группа туристов взбиралась по узкой тропке, осторожно ставя ноги на мокрые и скользкие каменные ступеньки. После того как они прошли, Итан повернулся к Эбигейл.

— Хотите спуститься?

На ней были теннисные туфли, легкие брюки и свободная блуза. Рубчатые подошвы позволяли без опасения шагать по наклонной тропинке. Но когда Итан, взяв за руку, повел ее вниз, она не выдернула руку из его сильных пальцев.

Через минуту Итан обнял ее за плечи и страстно прошептал:

— Я очень хочу поцеловать тебя.

Пульс у нее участился, и Эбигейл с усилием отвела глаза, чтобы он не прочел в них согласия. Всем своим видом изображая равнодушие, она сделала шаг назад, но Итан последовал за ней.

Он поднял голову и посмотрел вверх: их могли увидеть с верхней смотровой площадки. Потом снова взял ее руку и потянул за собой в тень от скалы, в неглубокую расселину, почти скрытую разросшимся кустарником. Прислонив Эбигейл спиной к скале, он заключил ее в объятия.

Она пошла за ним лишь потому, что это была часть ее плана, но тело ее потянулось к нему, а руки так непроизвольно обвили его шею, словно инициатива исходила от нее самой. А когда его губы нашли ее рот, она обнаружила, что ее собственные губы с готовностью раскрылись навстречу, понимая его страсть, отвечая на нее, разделяя ее. Его губы сводили ее с ума. Горячие, жгучие и требовательные, они, казалось, не могли насытиться ею, а пальцы зарылись в ее волосы, запутались в них. Итан отклонил ей голову назад и гладил губами изгиб ее щеки, в то время как другой рукой обнимал за талию, прижимая к себе.

Эбигейл шумно выдохнула, схватив его за плечи, чтобы удержаться на ногах. Но вдруг сверху, на тропинке над ними, с неровных ступенек послышались голоса, и она вздрогнула, опустив руки к его груди, чтобы отпрянуть от него.