В следующее мгновение герцог, у которого явно испортилось настроение, резко прервал тишину.

— Именно по этой причине я считаю всю эту историю оскорбительной, — произнес он. — Неужели мы допустим, что эта рябая длинноносая рыжая шотландка испортила нам внешний облик наших великолепных дворцов? Да снизойдет чума на ее голову! Будем надеяться на то, что корабль из Шотландии пошел ко дну и Господь, таким образом, избавит нас от новой гувернантки с Севера!

Как только герцог закончил фразу, в комнату ворвался порыв мощного ветра, который едва не смел с пола стулья вместе с теми, кто сидел на них. В следующее мгновение раздался чей-то юный голос — громкий, холодный и чистый, как горный источник:

— Вынуждена огорчить вас, монсеньор, но ваше пожелание все-таки не сбылось. Корабль из Шотландии не пошел ко дну, а благополучно вошел в гавань.

На какой-то миг в комнате воцарилось удивление, и пять мужских голов одновременно повернулись к говорившей. Затем незнакомку буквально внесло в комнату новым сильным порывом ветра, и чья-то невидимая рука закрыла скрипучую дверь снаружи.

Граф Гюстав де Клод торопливо вскочил на ноги.

— Корабль действительно прибыл. Нам не сообщили об этом! — воскликнул он. — Нам нужно было находиться на набережной! Что же случилось с гостями из Шотландии? Где они?

— Многие из них уже вернулись обратно в свои комнаты, — ответила юная незнакомка.

Это действительно была юная девушка. Лет семнадцати или восемнадцати, решил про себя герцог, поднимаясь медленно с соответствующим его званию достоинством уже после того, как остальные мужчины уже стояли. Посмотрев на нее, он встретился со взглядом пары голубых глаз, лучившихся нескрываемой враждебностью. Она была очень маленького роста и нисколько не напоминала статных ширококостных шотландок, которых в здешних краях повидали немало. Кудряшки, выбившиеся из-под чепца и закрывавшие ее белый лоб, свидетельствовали о том, что волосы у незнакомки золотисто-рыжего цвета. Герцог невольно подумал, что никогда еще не видел кожи такой едва ли не кристальной чистоты, что она казалась почти прозрачной.