— Мне всё равно, что будут говорить у меня за спиной, — несколько резко отвеќтил маркиз. — Но мне не всё равно, как ты живёшь, Кэт. Я хочу, чтобы ты бросила эту свою работу. Ты ни в чём не будешь нуждаться, у тебя будет всё.

— Угу, — она иронично изогнула бровь. — Дорогой мой, да тебя через неделю перестанут принимать в высшем свете, стоит только кому-нибудь из твоих друзей встретить меня. Я ж переспала с половиной сливок общества Парижа. Мужской половиной, — с усмешкой добавила она. — И, судя по тому, как регуќлярно они посещают бордель Лиззи, я запомнилась им. Выкинь эту бредовую идею из головы. Если я тебе нужна, приходи сюда, только не уговаривай ниќкуда переехать. У меня, знаешь ли, тоже есть гордость.

— Кэт…

— Оставьте меня в покое, господин маркиз. Хотя бы на сегодня. Я устала и хоќчу побыть одна, — с неожиданной холодной царственностью прервала его Кэќти. На мгновение маркизу представилось, как она говорит это на парадной лестнице особняка, одетая в роскошный наряд, с жемчугом в причёске… Виќдение исчезло так же быстро, как появилось. Но маркиз отметил, как естестќвенно у Герцогини получился этот аристократический тон.

— Пожалуйста, Кэти, — тихо произнёс он, подойдя к девушке и взяв холодные ладошки в свои руки. — Хотя бы сегодня, поехали со мной. Я прошу.

Она прикрыла глаза и вздохнула.

— Утром я вернусь, Пьер, — тихо произнесла она. — Только с этим условием. И… ты такой же клиент, как все, и будь любезен, не пытайся дать мне больше денег, чем надо.

При этих словах по лицу маркиза пробежала тень — ему неприятно быќло слышать от Кэти такие циничные слова, но такая уж она была, эта упряќмая, гордая девушка. Она всегда говорила правду, какой бы горькой она ни быќла.

— Хорошо, Кэти, — согласно кивнул он.