— Мадам, вам просили передать, — на пороге стояла служанка с корзинкой в руках, накрытой тканью.

— Что это? — Альбертина с удивлением посмотрела на горничную.

— Не знаю, мадам. Это принёс мальчик-посыльный, и сразу убежал.

Маркиза осторожно приподняла уголок накидки, заглянув в корзинку: на неё глянули два жёлтых кошачьих глаза.

— О! — обескураженная девушка достала маленькую рыжую кошечку с оранжевым бантиком на шее, уже догадываясь от кого такой необычный подарок.

На дне корзинки лежала небольшая открытка. "С днём рождения, рыженькая. Здоровья тебе и нашему ребёнку". С возмущённым возгласом Альбертина отбросила открытку, чувствуя, как румянец заливает щёки. Ну конечно, он не мог не догадаться после её столь красноречивых намёков. Что ж, сама виновата, думать надо было прежде, чем говорить.

— Чтоб вас черти взяли, господин де Орни! — сердито фыркнула маркиза, и вдруг на её лице появилась ехидная усмешка. — Ладно, мессир, я тоже пришлю вам подарочек. На Рождество.

На следующее утро, за завтраком, Альбертина выразила желание на некоторое время уехать из Парижа за город, отдохнуть. Пьер ничего не имел против, готовый исполнить любой каприз жены. Через несколько дней, заполненных суматохой и сборами, они отправились в загородное поместье маркиза — по желанию Альбертины они никого не известили о своём отъезде. Девушка решила провести за городом несколько месяцев, и планировала возвращение после Нового Года.

Поль сидел перед камином, в кои-то веки не приняв ни одного приглашения на рождественский приём, и предпочтя провести этот день у себя дома. Альбертина уехала, Кошка не давала о себе знать, и герцог впал в лёгкую меланхолию, скучая по маркизе. Пока ему так и не удалось придумать ничего, что бы помогло ему добиться Альбертины. Она почему-то упорно отрицала свои чувства к нему, и вряд ли удастся уговорить её на развод. Да и Пьер никогда не согласится, он слишком сильно любит жену. Поль с горечью усмехнулся.