Грейс тихо стояла, наблюдая за обменом, ожидая, что он попросит еще. Но к ее удивлению, вдова заговорила первой.

- У меня есть еще сумочка в карете, - медленно сказала она со странным, совершенно нетипичным уважением. – Пожалуйста, позвольте мне достать ее.

- Как бы я не хотел потворствовать Вам, - вежливо сказал он, - я должен отказаться. Кто знает, может, у Вас имеются два пистолета, спрятанные под сиденьем.

Грейс сглотнула, думая о драгоценностях.

- И, - добавил он, его поведение становилось почти кокетливым, - я могу сказать, что Вы - наиболее невыносимый тип женщины. - Он вздохнул с драматическим талантом. - Умная. О, признайте это. - Он одарил вдову гибельной улыбкой. - Вы - опытный наездник, первоклассная попытка, Вы можете придумывать истории достойные Шекспира.

От его слов вдова побледнела еще больше, если это еще возможно.

- Ах, чтобы прожить следующие двадцать лет, - сказал он со вздохом, - я не могу позволить Вам убежать.

- Пожалуйста, - попросила вдова. - Существует нечто, что я должна отдать Вам.

- Вот это - долгожданная смена аллюра, - заметил он. - Люди так редко желают расстаться со своими вещами, так этого не любят.

Грейс подошла к вдове.

- Пожалуйста, позвольте мне помочь Вам, - настаивала она.

Вдове была нехорошо. Ей не могло быть хорошо. Она никогда не была скромна, и не просила, и...

- Возьмите ее! - внезапно выкрикнула вдова, хватая руку Грейс и толкая ее к разбойнику. - Вы можете держать ее в заложниках с пистолетом у головы, если желаете. Обещаю Вам, я вернусь без оружия.

Грейс покачнулась и оступилась, шок сделал ее почти нечувствительной. Она упала напротив разбойника, и одна из его рук немедленно обвилась вокруг нее. Объятие было странным, почти покровительственным, и она знала, что он был столь же ошеломлен, как она.