Итан вспомнил, как она выглядела в день их свадьбы — изящная, миниатюрная, с темными волосами, искусно уложенными на затылке. Ее карие, с золотистым отливом глаза излучали сияние.

На ней не было традиционного подвенечного платья, лишь простой строгий костюм. Вечером, оставшись одни, они неустанно повторяли данную друг другу клятву любви и верности. За такое короткое время Итан стал самым счастливым человеком на свете; он строил радужные планы на совместное будущее.

..До тех пор, пока смерть не разлучит нас.

Эти слова, прозвучав в голове Итана, вернули его в настоящее. Глупец — вот кем он был. От начала до конца он являлся игрушкой в руках той, которая хоть и была невинна, но уже умела добиваться того, чего хотела.

Итан попал в плен ее медленной улыбки и широко распахнутых глаз. Но Клер не любила его. И не собиралась оставаться его женой. Он был только средством достижения цели, как замыслил ее отец, который на следующий день приехал в гостиницу, где они остановились.

Самнер Мейфилд явился для того, чтобы забрать дочь домой. Итан не слышал их разговора, но уловил имя ее матери. Затем Клер повернулась, печально улыбнувшись:

— Мне надо уехать.

— Нет, Клер. — Что-то говорило Итану, что если она сейчас уйдет, то никогда больше не вернется.

— Подумай о своей матери, — сказал ее отец.

Клер всхлипнула, подавив рыдание. Затем пошла в спальню, где простыни еще хранили тепло их тел.

В гостиной Самнер Мейфилд принялся объяснять Итану причину опрометчивого поступка своей дочери.