Прогноз предвещал шторм, но сейчас, ранним утром, было еще тихо. Веял легкий ветерок, и с балкона Итан мог видеть озера — Большое и Маленькое, — по их поверхности гуляла мелкая зыбь. Вдалеке, на горизонте, над озером Мичиган ходили грозовые тучи.

Итан не мог заставить себя перестать думать о Клер. Эта женщина, как заноза, вонзилась ему под кожу. Он будто слышал ее грудной голос, видел длинные кудри и ощущал шелковистую матовую кожу. Прошлой ночью Клер приснилась ему. За все эти годы он не раз видел ее во сне, но это был самый эротический сон. Итан проснулся от возбуждения и неудовлетворенности, злой на нее, злой на себя. Хуже всего было то, что он чувствовал себя очень одиноким, словно что-то ушло из его жизни. Ему это не нравилось. У него было все, что он хотел.

Ветерок усиливался. Итан подошел к перилам балкона, держа в руках кофе, и далеко внизу, на дороге, огибающей озеро, увидел велосипедиста, который то исчезал, то появлялся снова. Женщина, подумал он, хотя на таком расстоянии черно-желтая фигурка была скорее похожа на шмеля. Итан отхлебнул кофе, решив, что ему самому надо заняться тренировками. Возможно, час или два езды на велосипеде помогут ему забыть о Клер.

Велосипедист достиг поворота, но вместо того, чтобы свернуть к городу, стал подниматься вверх. Определенно женщина. Слишком мала для мужчины, а мальчикам-подросткам сейчас время учиться в школе.

Итан приветственно помахал пустой кофейной чашкой.

— Хорошо катаешься, милая, — пробормотал он и усмехнулся. — Но ты пожалеешь об этом рывке уже через четверть мили.

Она замедлила скорость, но не остановилась. Итан знал, что на этом отрезке из него от напряжения сыпались бы искры. Она двигалась медленно, на нее было больно смотреть. На секунду Итан потерял ее из виду за стеной деревьев и решил, что она либо повернула назад, либо заехала в один из коттеджей внизу холма, поэтому отправился за второй чашкой кофе. А когда вернулся, увидел, что она едет вверх по дороге, по которой мало кто ездил, потому что это была частная дорога. Его дорога.