Она поставила тарелку на стол перед собой, глубоко вздохнула и посмотрела на него.

— Ну вот, опять. Вопросом на вопрос. Я начинаю думать, что ты мне вообще ничего не хочешь говорить. Я права?

— Я отвечу на твои вопросы, как только ты позавтракаешь.

Пожав плечами, Карли положила на свою тарелку канапе. Пока она была занята едой, Дэв не отрываясь смотрел на нее. Учитывая ее проницательность, он не мог понять, как Джеймсу Роберту удалось ее обмануть. Если, конечно, она не его сообщница.

— Тебя, кажется, совсем не беспокоит то, что ты сбежала от жениха.

Карли замерла от неожиданного комментария. Так и не положив клубнику в рот, она сжала губы и вернула ягоду обратно на тарелку. Когда она на него снова посмотрела, ее глаза были наполнены влагой, а на бледном лице появился румянец. Если она могла такое сыграть, ее актерскому мастерству надо отдать должное.

— Я совершила… ошибку, — прошептала Карли.

— Ты жалеешь, что не вышла за него? — его взгляд машинально скользнул по ее телу, ища признаки того, что она носит ребенка его врага.

— Боже, нет! Ты не так понял. — Щеки Карли залились румянцем. — Мы никогда… То есть он не…

— Ты не беременна, — помог он ей закончить фразу, не обращая внимания на облегчение, которое испытал, услышав данное известие. — Тогда почему это ошибка?

Оттолкнув от себя тарелку, Карли откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.

— Мне очень стыдно, — почти шепотом сказала она.

Вела ли она двойную жизнь и теперь стыдилась того, что была вовлечена во что-то незаконное?

— Расскажи мне все, я хороший слушатель, — попробовал он направить разговор в нужное русло.

Она помотала головой, и слеза медленно скатилась вниз по ее щеке.

— Он тебя бил?

— Нет, Джеймс никогда не поднимал на меня руки. Он всегда был джентльменом.

— А эмоционально? Причинял боль? — продолжал расспросы Дэв.