– Но ведь это всполошит охрану! – Президент вскочил на ноги.

– Нет, мой дорогой, нет. Не будь таким нервным. Их не оставит впечатление того, что все хорошо. Что хорошо кончается. – Абдиэль усмехнулся своей незатейливой шутке. – Надеюсь, что это закончится хорошо. А ты, Питер? Сядь, пожалуйста.

Президент опустился в кресло, заметив, что от его ладоней на полированном дереве остались влажные следы.

– Что это за шутку вы отпустили, когда вошли?

– Не помню, – вкрадчивым голосом ответил Абдиэль. – Забывчивость свойственна старости. Напомни-ка.

Роубс метнул в его сторону злобный взгляд.

– Вы ни разу в жизни ничего не забывали. Чего вы от меня хотите? Зачем вы здесь?

– Не перескакивай с предмета на предмет, Питер. Это придает тебе неуверенный вид.

Роубс, который уже кипел, выдохнул, пытаясь сохранить спокойствие:

– Я говорил что-то роботу насчет того, чтобы объявить о гибели Сагана, а вы сказали...

– Ах да. Припоминаю. «Желаемое за действительное» или что-то вроде этого.

– Что вы имели в виду? – резко спросил Роубс.

– Что Саган не погиб, мой дорогой. На самом деле он очень даже жив.

Роубс машинально взял ручку и стал постукивать по блокноту.

– Тогда – это лишь вопрос времени. Я видел донесения о битве. Коразианцы превосходят его флот почти в двести раз. Никто – даже Дерек Саган – не сможет одержать победу при таком соотношении!

– Как обычно, у тебя неверные сведения. Или, скорее, ты еще не видел последней информации. В последнюю минуту Саган сумел вступить в союз с группой наемников под началом некоего Джона Дикстера.

– Дикстера? – Губы Роубса скривились в нервной ухмылке. Он бесцельно вертел в руках ручку. – Это у вас неверные сведения, Абдиэль. Дикстер и Саган – смертельные враги. Они стали врагами еще до революции. Дикстер – роялист. Саган был предателем, предводителем мятежа, ставшего причиной гибели обожаемого Дикстером короля. Потом была эта женщина, Страж. Морианна. Мейгри Морианна. Любовный треугольник...