Глаз у Сагана дернулся.

– Сколько времени осталось?

– Около часа, милорд. Если мы больше не получим повреждений.

Раздался грохот, корабль содрогнулся. Мейгри потянулась вперед, оперлась о пульт управления. Щиты закрывали прямой обзор с «Феникса», но на видеоэкране был прекрасно виден коразианский корабль, зависший неподалеку, огненные трассы непрекращающихся залпов.

– Щиты по левому борту повреждены, но держатся. Это передние щиты не выдержали. Сейчас мы повернуты к нему левым бортом, милорд...

– Да, – сказал Саган, бросая взгляд на Мейгри. «Я ничего не могу вам дать, милорд, – безмолвно ответила она на его взгляд. – Ни ободрить вас, когда это потребуется... ни обрадоваться вашему поражению. Я слишком устала. Мне уже все равно».

«Интересно, – мелькнуло у Мейгри, – неужели я выгляжу не лучше его? Наверняка. Саган, кажется, решил, что будет спокойней не обращать на меня внимания».

– Соедините меня с реакторным отсеком.

Ожил видеоэкран, показавший картину смерти. На палубе валялись тела, на которые никто не обращал внимания; живые перешагивали через мертвых, у которых в конце концов больше не было никаких забот. В воздухе висел дым; на заднем плане виднелся скрученный, покореженный реактор. Мейгри увидела горящие аварийные лампочки, услышала вой сирен. Перед экраном стоял человек в изодранном защитном комбинезоне.

Какие б мысли ни промелькнули у Сагана, на лице его не отразилось ничего. Мейгри могла бы узнать, о чем он думает, – он настолько устал, что его можно было застать врасплох, – но она не хотела этого делать. Закусив губу, она отвернулась от него и стала смотреть на экран.

– Долoжите обстановку, – велел Саган спокойным голосом, словно все происходившее было обычным учением.

– Положение тяжелре, милорд. Аварийные двери выдержали, заражение, судя по докладам, локализовано в данном отсеке...

– Это подтверждается, милорд, – пробормотал Экс.