– Мы с тобой совершенно не похожи; я всегда боюсь заранее, а после мне кажется, будто все было сделано не мной, а кем-то другим.

– Мы не слишком-то осторожны – тихо произнес Вернон.

Аманда взглянула на силуэт Везувия, четко выступавший на фоне сияющего неба, на море, голубое и спокойное.

На горизонте виднелись смутные очертания острова Капри, а внизу в живописном беспорядке громоздились разноцветные крыши домов.

Они сидели на скамейке в городском парке, куда приехали на автобусе, захватив с собой еду. Это было дешевле, чем обедать в отеле, и больше соответствовало представлению о них как о людях, старающихся сэкономить на чем только возможно, чтобы заплатить за номер в одном из самых дорогих, расположенных возле моря, отелей города.

– Как же Антонио собирается получить свои деньги? – спросила Аманда.

– Все уже устроено. Он всегда покупает лотерейные билеты; через несколько недель он купит билет лотереи, организованной в помощь его приходской церкви. Ему достанется первый приз.

– А затем он купит себе виноградник, женится на своей черноглазой синьорине и будет еще счастливее, чем прежде, – вздохнула Аманда.

– Конечно, – ответил Вернон, – знаешь, сказки иногда становятся былью.

– Особенно в Италии. Знаешь, Вернон, я, пожалуй, удовлетворена этим делом больше, чем другими.

– Да, наши первые два или три дела были ужасны. Кроме того, вспомни, тогда мы были уверены, что можем доверять Джексону.

– А теперь мы можем ему доверять? – быстро спросила Аманда.

– О, я не имел в виду, что на него можно положиться как на честного человека! Но я не был уверен, что можно осуществить его планы. Однако мы сделали это!

– Конечно, – согласилась Аманда, – но странно, что мы никогда не видим его. По правде говоря, я и не помню, как он выглядит. Мы лишь получаем инструкции.

– Без него нам не удалось бы сделать все, что мы сделали. Я помню, как мы обедали вместе после смерти отца, и я тогда стукнул кулаком по столу и сказал: «Боже, я должен что-то сделать с этими свиньями! Я заставлю их выплатить каждый цент людям, которые доверяли моему отцу, а теперь страдают от своей преданности!»