Увидев, как охотники проехали через каменные ворота Мэллори-Холла, она пересекла мост над рекой Уай и бросилась им навстречу.

Пен посмотрела на мать, и та поспешно проговорила:

– Пиппа, у нас есть отличный кабан для праздника. Люди уже несут его сюда.

– Но это ты застрелила его, Пен? – настойчиво допрашивала сестру девочка, преградив им путь.

– Моя стрела не долетела, – сердито буркнула Пен. Ее младшая сестра обладает потрясающей способностью вытягивать правду. И дело не в злорадстве, просто она хочет знать все сразу и во всех подробностях.

– Эх, да ладно, не переживай, – сказала Пиппа. – Я сама застрелю кабана на мой день рождения.

– А ты так уверена? – с улыбкой осведомилась ее мать и, наклонившись, протянула ей руку. – Залезай.

Пиппа проворно вскарабкалась в седло.

– Зря вы меня не взяли.

– Ты еще мала для охоты на кабана, – сказала ей Джиневра. – И ты страшная неряха. У тебя был урок с магистром?

– Да, только он очень устал и сказал, что я могу пойти поиграть, – радостно сообщила девочка.

– Интересно, почему он вдруг устал? – задала Джиневра риторический вопрос.

Магистр Говард, приступивший к обучению, когда ей было восемь, уставал от непрерывного потока вопросов, задаваемых Пиппой, и считал, что убеленному сединами ученому не пристало тратить время на скучные ответы.

Они въехали во внутренний двор поместья, и Джиневра, спешившись, сняла с лошади Пиппу.

– Пойду, посмотрю, как разделывают кабана, – объявила девочка. – Ты со мной, Пен?

– Нет, мне противно смотреть на это, – ответила та. Джиневра рассмеялась и прошла в дом. Эконом приветствовал ее поклоном.

– Миледи, все готово к празднованию, но повар спрашивает: нужно ли использовать марципан для праздничного торта?

Джиневра задумалась. В прошлый раз, когда торт появился на столе, неуемная любовь Пиппы к приторно-сладкому марципану привела к печальным последствиям.