— Ничего себе! — Шейлу жутко разозлили его слова о том, что это она, Шейла, должна просить его об одолжении.

Брэд рассмеялся и не дал ей договорить, закрыв рот поцелуем. Шейла некоторое время еще пыталась сопротивляться, но поцелуй подействовал на нее завораживающе, и она опять с готовностью отвечала Брэду, мгновенно забыв про свою гордость.

Наконец он прервал поцелуй, но не мог погасить самодовольного блеска карих глаз при виде ошеломленного и смущенного выражения ее лица. Брэд изобразил одну из своих обезоруживающих улыбок.

— Скажи мне, что ты меня любишь, — потребовал он, вновь обнимая ее.

— Я люблю тебя, — тут же послушно отозвалась она.

— Обещай мне, дорогая, что всегда будешь любить меня и повиноваться мне, — продолжал он.

Ее рот открылся, чтобы послушно вторить его словам, но тут она заметила алчный огонек, сверкнувший в его глазах, и сразу же вспомнила свой недавний спор с родителями.

— Обещаю, — все же ответила она, поколебавшись немного.

Ее неуверенность озадачила его, и, обхватив обеими руками ее лицо, он испытующе посмотрел ей в глаза.

— Я рассказала своим родителям о нас.

— И что же? — Его рот вытянулся в тонкую жесткую линию.

— Они считают, что мы преждевременно заговорили о свадьбе, — заключила Шейла.

Он внезапно выпустил ее из объятий и отступил на шаг, явно демонстрируя свое недовольство.

— Я для тебя недостаточно хорош, да? Это они тебе сказали, отвечай! — потребовал он яростно и тут же, не дожидаясь ее ответа, продолжал: — Так в чем же дело? Я слишком беден для их драгоценной доченьки? Я думаю, они настраивают тебя против меня, потому что мне потребовалось семь лет, чтобы пройти четырехлетний курс в колледже. Это что же, моя вина? Моя вина, что у меня не было богатенького папеньки, как у тебя, и мне приходилось на время прерывать учебу, чтобы заработать деньги?