– Возможно, для тебя это новость, Нэнси, – издевательски спокойным голосом начала Грейс, решив изобразить умудренную жизненным опытом старушку, – но в Сохо каждый день – в одном, а то и сразу в нескольких ночных клубах – проводят супервечеринки. Ничего страшного, поверь мне, не произойдет, если одну из них ты пропустишь.

– Нет, только не эту! – воскликнула Нэнси с выражением искреннего ужаса на лице.

– Ну и что это будет за вечеринка? – снисходительно смягчив голос, спросила Грейс.

– «Рашен пати».

– Боже, Нэнси! Я даже не знаю, смеяться или плакать. Нет, пожалуй, это отличная шутка. Ставлю тебе пятерку за чувство юмора, дорогая.

– Я вовсе не шутила, – обиженно надула губы Нэнси.

– Ты что, и в самом деле собиралась затащить меня на вечеринку в русском стиле? Нет, я тебе не верю. – Грейс протестующе замахала руками. – Нэнси, ты ведь не окончательно сошла с ума, правда?

– Разве тебе неинтересно?

– Нисколечко.

Грейс опустила голову на подушку и закрыла глаза. Наконец-то она может расслабиться. Мышцы гудели, словно высоковольтные провода в мороз. Того и гляди начнут трещать и искрить. Поднять бы ноги повыше, мечтательно подумала Грейс. Это было бы высшее блаженство. Однако идеал, как всегда, недостижим. Впрочем, она сейчас и без того испытывала нечто, по описаниям походившее на нирвану йогов или кайф наркоманов. Приятная истома разливалась по всему телу, наполняя каждую его клеточку блаженным покоем. Нет, Нэнси точно спятила, если вообразила, что уговорит ее. Ни о какой русской вечеринке не может быть и речи!

Нэнси, видимо, считала иначе. По крайней мере, сдаваться она не собиралась. За топ со стразами от Дороти Перкинс она выложила не одну сотню американских долларов – и почему англичане так кичатся своим фунтом стерлингов?! – а потому Грейс просто обязана согласиться.

– Только представь, – не унималась Нэнси, присев на кровать подруги, – в рекламе говорится, что в эту ночь ты сможешь ощутить дух России, попробовать водку и блины с икрой и услышать русскую музыку...