Правда, при ближайшем рассмотрении отсутствие одинаковых добротных кожаных переплетов наводило на мысль, что перед вами не частное собрание. А внушительная регистрационная стойка окончательно подтверждала подозрения, что вы забрели в общественное место.

Мисс Банч, наша бессменная библиотекарша, жила за этой стойкой. Ходили слухи, что она и родилась за ней, такая как есть, основательного сложения, краснолицая и со стриженными «под горшок» волосами. Из надежного источника (миссис Мэллой) я слыхала, что у мисс Банч нет имени. Должно быть, ее родители с первого взгляда на дитя поняли, что фамильярности оно не потерпит.

Обычно у меня дрожали коленки, когда я приближалась к стойке, нагруженная просроченными книгами. Мисс Банч в мгновение ока и до мельчайших долей процента вычисляла сумму штрафа. Будучи законченной трусихой, я прихватывала с собой справку от врача, дабы оправдать мою нерасторопность, но сегодня, прижимая к груди восемь томов захватывающих любовных романов, я не почувствовала леденящего взгляда мисс Банч. Увлекшись беседой с полковником, я не заметила самого главного.

Нынешним вечером наша библиотекарша отсутствовала самым непостижимым образом.

– Удивительно! – Лестер-Смит перевел взгляд на дверь с табличкой «Администрация» и покачал головой.

От дальнейших комментариев мой спутник благоразумно отказался, дабы не попасть впросак. И речи не могло быть о том, чтобы библиотекарша отлучилась с поста попить чайку с булочкой или – не дай бог! – навестить туалетную комнату. Мисс Банч скорее бы рассталась с библиотекарской печатью, чем проявила столь недостойную слабость. Предположение о том, что она наводит порядок на задних полках, также не выдерживало никакой критики. У мисс Банч все было расписано по минутам. Сданные книги она возвращала на полки строго с десяти утра до полудня.