Мятое лицо Снукса покрывали паутинки лопнувших сосудов, красноречиво свидетельствующие о недоедании, и отталкивающего вида струпья – вероятно, последствия какого-то кожного заболевания. Этот человек, несомненно, курил, пил, питался отбросами и запросто мог умереть во сне.
Зачем же было его убивать?
– Лейтенант, – раздался за ее спиной голос Пибоди, – прибыл патологоанатом.
– Зачем понадобилось извлекать сердце хирургическим способом? – пробормотала Ева, не оборачиваясь. – Если это обычное убийство, почему его просто не забили до смерти? Если беднягу хотели изувечить, то к чему проводить операцию по всем правилам медицины?
Пибоди посмотрела на труп и скорчила гримасу:
– Я никогда не видела операций на сердце, но верю тебе на слово.
– Взгляни на рану, – раздраженно перебила Ева. – Он должен был истечь кровью, верно? В груди дыра размером с кулак. Но ему аккуратно, как на операционном столе, зажали сосуды. Убийца не хотел создавать кровавое месиво; судя по всему, он гордился своей работой, – добавила она и, выбравшись наружу, жадно вдохнула более или менее свежего воздуха. – У него явно имеется хирургический опыт. И я не думаю, что такое можно осуществить в одиночку. Ты послала «трупоискателей» на поиски свидетелей?
– Да. – Пибоди окинула взглядом пустынную улицу, разбитые окна, скопление каких-то непонятных ящиков в проходе на другой стороне. – Надеюсь, им повезет.
– Лейтенант, – послышался мужской голос.
– Моррис? – Ева удивленно приподняла брови, обнаружив, что ей предстоит работать с главным медицинским экспертом управления. – Не ожидала, что лучший специалист в такую рань покинет теплую постель ради бомжа.
Польщенный эксперт улыбнулся, в его глазах заплясали искорки. Зачесанные назад волосы прикрывала красная лыжная шапочка, длинное пальто такого же цвета развевалась на ветру. Ева знала, что Моррис любит броско одеваться.
– Я оказался под рукой, а ваш бомж, судя по сообщению, выглядит любопытно. Значит, у него нет сердца?