– Принесите мне кофе, полицейский Бауэрс.

Ненависть во взгляде так быстро сменилась выраже­нием оскорбленного самолюбия, что Ева с трудом удержа­лась от усмешки.

– Принести вам кофе?

– Совершенно верно. Я хочу кофе. – Она сунула кредитки в руку Бауэрс. – И моя помощница тоже. Вы знаете местность. Сходите в ближайшую забегаловку и принеси­те кофе.

– Трухарт ниже меня по званию!

– Скажите, Пибоди, разве я обращалась к Трухар­ту? – любезно осведомилась Ева.

– Нет, лейтенант, к полицейскому Бауэрс. – Так как Пибоди тоже не нравилось выражение лица Бауэрс, она улыбнулась. – Я пью кофе со сливками и сахаром, а лей­тенант – черный. Кажется, в соседнем квартале есть паб. Это не займет у вас много времени.

Постояв еще несколько секунд, Бауэрс повернулась на каблуках и зашагала прочь, пробормотав «сука». Слово до­статочно четко прозвучало в холодном воздухе.

– Черт возьми, Пибоди, Бауэрс назвала тебя сукой.

– Думаю, она имела в виду вас, сэр.

– Вот как? – Усмешка Евы выглядела весьма свире­пой. – Возможно, ты права. Выкладывайте, Трухарт.

– Сэр? – Его и без того бледное лицо побелело еще сильнее.

– Что вы думаете обо всем этом? Что вам известно?

– Я не…

Трухарт нервно оглянулся на удаляющуюся Бауэрс, и Ева поспешила встать между ними. Ее взгляд был холод­ным и властным.

– Забудьте о ней. Сейчас вы имеете дело со мной. До­кладывайте о результатах ваших поисков.

– Я… – Его кадык подскочил вверх. – Никто из оп­рошенных не признается, что видел нечто подозрительное, или заметил, как кто-нибудь входил в жилище жертвы или выходил оттуда в интересующее нас время.

– Ну?

– Я собирался рассказать Бауэрс, – быстро продол­жал Трухарт, – но она меня сразу оборвала…

– Расскажите мне, – предложила Ева.

– Это насчет Позумента. Его логово всегда находи­лось на этой стороне улицы, рядом с жилищем Снукса. Правда, я дежурю только пару месяцев, но…