- И так будет всегда, - согласилась Ева. - Однако инстинкт подсказывает мне, что этого человека выбрали наугад - убийцы просто взяли у него то, что им требовалось. Должна спросить у вас, доктор Кэгни, где вы были прошлой ночью между часом и тремя.

Кэгни растерянно заморгал и открыл рот от неожиданности, но быстро взял себя в руки.

- Понимаю, - медленно протянул он, выпрямившись на стуле. - Я был дома - спал рядом с женой, - но не могу этого доказать. - Его взгляд и голос стали ледяными. - Мне потребуется адвокат, лейтенант?

- Это на ваше усмотрение, - спокойно отозвалась Ева. - В настоящее время я не вижу в этом надобности. Но мне придется побеседовать с вашей женой.

В углах рта Кэгни обозначились мрачные складки.

- Понимаю, - повторил он, кивнув.

- И в вашей, и в моей профессии имеются рутинные процедуры, которые часто бывают неприятными. Мне нужен список лучших хирургов в городе прежде всего специалистов по трансплантации органов.

Кэгни встал и подошел к окну.

- Врачи стоят друг за друга, лейтенант, - произнес он после затянувшегося молчания. - Это вопрос гордости и лояльности.

- Копы тоже стоят друг за друга. И когда один из них оказывается замаранным, это пачкает всех нас. Я могу получить этот перечень по другим каналам, - добавила она, поднявшись, - но была бы вам благодарна за сотрудничество. Поймите, был убит человек. Кто-то решил не дать ему дожить до естественной смерти. И это приводит меня в бешенство, доктор Кэгни.

Его плечи слегка дрогнули.

- Я пришлю вам список, лейтенант, - сказал он, не оборачиваясь. - Вы получите его к концу дня.

- Спасибо.

* * *

Ева вернулась в Главное управление, вспомнив о шоколадной плитке, только когда свернула в гараж. Она жевала шоколадку по пути в кабинет, заодно пережевывая свои впечатления от Кэгни.

Человеку с таким лицом пациенты должны доверять и считать его медицинские предписания законом. Ева собиралась получить о нем информацию, но уже пришла к выводу, что ему лет под семьдесят. Значит, он был врачом больше половины прожитой жизни.