Сорель подошла к машине, где ее ждали родители, и с чувством облегчения забралась на заднее сиденье, чтобы ехать на прием.

— Хорошая свадьба, — оценила мать. Она посмотрелась в зеркало заднего вида, поправила шляпку, сделанную на заказ, в тон элегантному платью цвета морской волны, облегающему ее стройную фигуру. — Слава богу, никаких неприятностей, но Елена всегда была разумной девочкой.

Сорель поморщилась, но напомнила себе, что не следует обращать внимание на ненароком брошенные слова. Однако сравнение напрашивалось само собой. Даже отец пробурчал, что надеется на спокойную свадьбу, без эксцессов.

Ей хотелось спросить, давно ли Блейз встречается с Чери Уотсон и каковы их отношения. Она представила себе, как — будто невзначай — задаст свои вопросы родителям и как они отреагируют на них, какие ее ждут комментарии в связи с информацией, и тут же прикусила язык. Четыре года назад она лишила себя права задавать вопросы о личной жизни Блейза.

Она отвернулась и стала глядеть в окно; машина ехала над гаванью, огибая залив Ориентал. Стоящий на юру город славился пронизывающими южными ветрами, которые врывались с пролива и ударялись о холмы. Но сегодня день стоял ясный и тихий, солнце изливало мягкий свет на дома, приткнувшиеся между холмами и ластящимися к берегу волнами синего моря.

Нет места прекраснее, чем Веллингтон в солнечный день!

В зале, где проходил свадебный прием, Сорель с облегчением обнаружила, что Блейз сидит через два стола от нее и родителей, спиной к ней, но в зоне видимости. Она не могла отвести глаза от его черноволосой головы, которую он часто склонял к сидевшей рядом блондинке.

Когда начались речи, Блейз закинул руку на спинку стула Чери, пальцами нежно касаясь ее плеча; другая рука в перерывах между тостами играла бокалом.

Сорель предпочла бы оказаться где угодно, только не здесь, и присутствовала на приеме только ради Елены. Кроме того, гордость не давала ей уйти и требовала продержаться хотя бы достаточно приличное время. Она не собирается удирать, как будто ей стыдно оттого, что на нее все смотрят.