– Пошли, папа, я устал.

Джо отступил назад и опустил руку. Нет, он не собирался извиняться. Если бы не Оливер, он прижался бы к Габби О’Ши.

Но Оливер уже занял постоянное место в холодном и одиноком сердце Джо.

Это произошло три недели назад, когда Джо взял его маленькую ручку в свою и вышел с ним из квартиры, где мальчика оставили.

Оливер поднял тогда свое драное одеяло, вцепился в руку Джо и только сказал:

– Я говорил Сузи, что ты придешь. Я говорил ей, что у меня есть папа, который найдет меня. – Он испуганно улыбнулся Джо доверчивой улыбкой. – Я знал, что ты придешь. Ты и пришел.

Так оно и было.

Рядом с этой улыбкой можно было выдержать даже присутствие Габби в рождественском тумане и блеске огоньков.

Он не позволит никому, даже себе, причинить этому маленькому человечку хоть малейшую боль.

– Хорошо, пострел, ты прав, поздно. Но сначала отнесем елку Габби к Муну, а потом отправимся в путь. А позже решим, как быть с вечеринкой.

Вздох Оливера мог бы растрогать и камень.

– Я хочу домой. Сейчас. И не хочу на вечеринку.

Джо не знал, как поступить. Накричать на парнишку за невежливое поведение? Так должен сделать хороший отец?

Однако Оливер смотрел, как чертовски напуганный щенок, который только что написал на коврик. Дьявол. Джо дернул себя за ворот – вдруг стало душно.

Габби взяла его за руку.

– Не беспокойся, Джо. Вы потом решите, хотите ли вы заглянуть к нам завтра. А сейчас Оливер устал и, наверное, хочет есть. – И небрежно добавила: – Может быть, попробовать какао и пончики у Муна? Муну будет приятно, если Оливер оценит его какао.

Мальчик заколебался, не желая сдаваться. Упрямый постреленок.

– Может быть, я сделаю глоточек. Если это будет приятно Муну.

Дай ей Бог здоровья! Наверное, Оливер действительно хотел есть. Джо все время забывал, как быстро уходит энергия из шестилетних.

– Я подумала... – Габби наморщила лоб, – похоже, у тебя особые вкусовые пристрастия. Оливер перестал бить ногой о землю.