Габриэль посмотрела ему вслед – Мун есть Мун. Она ради приличия вежливо кивнула.

– Отец готовит большую кастрюлю. Он не будет возражать.

– Джамбалайя, говоришь? – Джо потер подбородок. – Майло хорошо готовит джамбалайю.

– Откуда ты знаешь? – Насколько ей известно, Джо Карпентер никогда не встречался с ее отцом.

– Ну, я однажды пробовал стряпню твоего отца. – Проведя рукой по волосам, Джо взглянул на Оливера, потом снова на нее и произнес очень медленно, так что она еле поверила тому, что услышала: – Спасибо, думаю, мы воспользуемся твоим приглашением. Хорошая идея.

Мальчик, который во время всего разговора странно молчал, вдруг зло взглянул на нее. Сделав шаг в сторону, он прижался к отцу, как ракушка, прилипшая к якорю.

Отвернувшись от его нахмуренного лица, Габриэль вымолвила:

– Замечательно. Компания будет превосходной, как раз рождественской: семья, друзья, домашний ликер. – Она принялась искать в сумочке бумагу и ручку.

– Верно. – У Джо дернулся уголок рта. – Домашний ликер всегда символизировал для меня Рождество – Он взъерошил сыну волосы. – А как для тебя, Оливер?

– Нет. – Мальчик старательно скривил мордочку. – Ликер воняет.

– Веди себя прилично, Оливер, – наклонившись, тихо посоветовал Джо и обратился к Габриэль: – Мы придем.

Она больно закусила нижнюю губу: что Оливер любит или не любит – забота Джо, а не ее.

– Я напишу тебе адрес. – Габриэль вытащила маленький блокнотик с пробковой обложкой и раскрыла его.

– Не надо, знаю, где ты живешь. – Джо накрыл ее руку своей, и Габриэль пронзило желание – такое же сладкое и острое, как запах хвои в прохладном вечернем воздухе. – Если только вы не переехали.

– Нет. – Даже ей самой ее голос показался глухим. – Отец не переезжал. – Она захлопнула блокнот, потом снова раскрыла. – Да. – Она сама испугалась собственной догдаки, поспешно подняла глаза на Джо и заставила себя выдержать его взгляд. – И жену свою приводи. Как сказал Мун, папа любит, когда много народа.