Наконец они покинули больницу и оказались на свежем воздухе. Дана пошла вперед, но Адам догнал ее и обнял за плечи.

— Неужели ты на самом деле так меня ненавидишь?

Дана попыталась вырваться из его объятий, но он был сильнее ее.

— Ну, скажем так, в данный момент меня нельзя назвать твоей фанаткой.

— Да нет, — нервно прервал он ее. — Я имею в виду не сейчас, а вообще, с тех пор, как ты увидела меня в первый раз. Мы не успели проговорить и пяти секунд, как ты уже смотрела на меня как на врага. В чем проблема?

— Ну, некоторые люди не подходят друг другу, — ответила она, отодвигаясь.

— Нет, дело не в этом! — прокричал он. — Здесь что-то другое, и ты знаешь, что! И если раньше я не был в этом уверен, то теперь все изменилось. Итак, почему ты не хочешь объяснить мне, в чем проблема?

— Проблема? Действительно, беременность — это огромная проблема!

Адам тяжело вздохнул.

— Ты оставишь ребенка?

Она отвернулась от него и утвердительно кивнула. Она еле сдерживала слезы. Он все равно не сможет ее понять. Ведь он совсем ее не знает. А самое главное, он не знает ее прошлого. Не знает, как она жила раньше.

— Как я уже сказала, это не твое дело. Никто не просит тебя быть папочкой. Отцовство явно не для тебя.

Он проигнорировал ее издевку.

— Если ты его оставишь, значит, ты не так уж сильно ненавидишь меня. Ведь этот ребенок — моя частичка. И если ты действительно думаешь, что я смогу спокойно жить, зная, что у меня растет малыш, а я ничего для него не делаю, то ты ошибаешься.

Дана боялась пошевелиться. Она думала, что он никогда ее не отпустит. Девушка была уже готова начать кричать, как неожиданно он освободил ее, развернулся и пошел к своей машине.

Адам сел на водительское кресло и со злостью стукнул по рулю. Затем он вышел из машины и посмотрел на нее.

— Ты едешь?