Отец пришел в бешенство, узнав, где живут его дети и чем занимаются. Неслыханно! Тартавели пакуют яблоки в бумажные пакеты и протирают стойки дешевых кафе! Отлично! Ничего лучше и выдумать нельзя! Сам глава семейства имел виды на младших сыновей: кому-то же нужно вверить контору. И что теперь? Дети разъехались. Еще от Жака можно было ожидать подобных безрассудств. Он с детства отличался неблагонадежностью. Но Жанлен! Надежда стареющего родителя! Подпал под влияние брата-тунеядца. Однако было поздно вразумлять негодников. Отпрыски напомнили месье Тартавелю, что он сам всего год назад предоставил им полную свободу действий. И его не заботила их судьба. Что же он теперь за голову хватается?

Отпустил вожжи — сам толкай телегу. Произошло бурное объяснение. Отец кричал, что не за тем тратился на образование неразумных. Жанлен в пылу схватки отвечал разного рода колкостями, а Жак тем временем вроде притих. Он присел за обшарпанный столик — отец приехал к ним домой — и долго что-то подсчитывал на бумажке. А потом подал брату листок.

— Посмотри, я здесь посчитал. Мы вместе должны ему за образование…

Отец оторопел, сообразив, к чему клонят дети.

Жак протянул ему бумагу.

— Вот. Тут все посчитано. Мы вернем деньги.

К счастью, в этот момент к начинающему художнику пришел заказчик. Отец в гневе заявил, что не возьмет ни су, но его тирады были благополучно пропущены мимо ушей. Папаша остался без наследников.

Жанлен под влиянием брата тоже сначала увлекся живописью, но потом понял, что природа оделила его другим даром. Ему вспомнилось еще детское увлечение фотографией. Первый же снимок, отправленный в местный журнал, был принят и принес первые доходы. Это воодушевило его.

Спустя еще два месяца Жанлен встретил Мо, своего друга по университету, и просто так во время прогулки сделал для него пару снимков.