— Примерно трое из четырех осуждают вас за отказ от борьбы. Моя мать так разошлась, что ее чуть связывать не пришлось! Она настаивает, чтобы я привез вас к нам домой, познакомил, а она уж постарается убедить вас не делать то, о чем вы впоследствии будете жалеть.

Окна квартиры Фрэнка выходили в парк, отделенный от озера шоссе. Но, в отличие от находившейся всего в нескольких кварталах отсюда квартиры, которую Джейн делила с Луизой Дэй, комнаты здесь были просторные, полные воздуха и битком набитые эклектической смесью абстрактных картин, современной мебели и дорогого антиквариата. Как и следовало ожидать, все было порядком запущено.

— Прошу прощения за беспорядок, — пробормотал Кэплен, пропуская ее в прихожую. — Мой сосед сейчас в отъезде, так что нам никто не помешает.

Сосед или соседка? — подумала Джейн, но предпочла промолчать.

Возможно, сама не сознавая этого, Джейн, облаченная в эластичные брюки цвета слоновой кости и мохеровый свитер в тон, напоминала пушистого, ласкового котенка. Фрэнку хотелось погладить ее по волосам, провести рукой по гибкой спине, сжать ладонями выпуклые ягодицы и поцеловать в нежные, слегка приоткрытые губы.

Руки прочь, решительно приказал он себе, когда Джейн опустилась в кресло. Джейн — девушка, забыл?

— Налейте себе апельсинового сока, — сказал он, указав рукой на графин и два хрустальных бокала, стоявших на низком столике. — Кофе будет готов через минуту.

Завтрак состоял из пирожков, которые лежали в бумажном пакете. Что ж, по крайней мере, они были свежие… Пока они с Фрэнком, сидя на противоположных концах современного пухлого дивана, просматривали газеты, Джейн мечтала о том, какую чудесную вечеринку можно было бы здесь устроить. Она чувствовала себя спокойно, но исподволь приглядывалась к Фрэнку. У него нет ничего общего с мужчинами, к которым я привыкла, думала она. Настоящий неограненный алмаз, при всех его литературных талантах и интеллекте…