— Почему?

— Он не в пакетиках, а мне не нравится, когда в чашке плавают чаинки.

— Тогда положите его в заварной чайник, — посоветовал Эдам, усаживаясь за стол.

— Заварной чайник?! Вы что, шутите? Эта кухня не для гурманов, — сказала Саманта, насмешливо показывая на заваленный посудой пол.

Эдам задумался, а затем, прищелкнув пальцами, предложил:

— Наверняка поможет ситечко. У вас оно должно быть.

— Вы действительно догадливый человек.

— Со мной это иногда случается, — парировал Эдам, наблюдая, как она заваривает чай.

— Пусть немного отстоится, — сказала она, ставя на стол омлет и булочки. — Берите, пожалуйста, не стесняйтесь, а я принесу масло и кетчуп.

— Кетчуп?! — воскликнул Эдам. — И вы собираетесь испортить это великое творение кетчупом?

— Я добавляю кетчуп к чему угодно, — сказала она, возвратившись к столу. Натянутая атмосфера, царившая на кухне, разрядилась, и это очень нравилось Саманте.

Эдам намазал булочку маслом.

— А как давно вы живете в таком захолустье?

— Около десяти лет, — ответила Саманта, разливая ароматный чай по чашкам.

— По-моему, это весьма необычное место для жилья, — заметил он, уплетая сочный омлет с ветчиной и сыром.

— Согласна с вами, — пожав плечами сказала она. — Моя мама скончалась, когда мне было десять лет, и отец, по-видимому, не смог дальше жить в старом доме. Поэтому мы и переехали в этот коттедж. Весной и летом ловили рыбу и купались. Было так великолепно каждое утро выпрыгивать из постели прямо в озеро. — Саманта, к явному неудовольствию Эдама, полила омлет кетчупом. — Осенью и зимой автобус отвозил нас в школу.

— Вы говорили, что ваш отец был следователем по страховым делам?

— Отец работал частным детективом в одной страховой компании, — уточнила она. — Он умер четыре года назад. Мы с Люси решили не снимать квартиру в городе и остались на озере.