— Но дитя так и не появилось на свет.

Хэттон переменился в лице.

— Хочешь сказать, что ты… Ох, Мэнди, как же ты могла?!

— А как ты мог тайком заниматься любовью с женой моего отца? И за моей спиной?

— Ты совершенно неправильно все поняла…

— Ну да, разумеется! Почему же ты держал Джулию в объятиях?

— Неважно, как это выглядело со стороны, все равно я ни в чем не виноват. Мы с Джулией никогда не были любовниками.

— Тогда что она делала ночью в твоей спальне?

— Пришла поговорить.

С необычайной яркостью вспомнив, как нежно Кен обнимал чужую жену, Мэнди болезненно поморщилась.

— Видно, ты дурой меня считаешь?

— Если бы ты спокойно выслушала меня, вместо того чтобы делать поспешные и абсолютно неверные выводы, то…

— Интересно, как еще я должна была воспринять подобную картину? Тем более что с самого начала было заметно, с каким интересом Джулия поглядывает на тебя. Хотя вы и объявили себя старыми друзьями, она явно хотела сделать эти отношения более тесными. Вот уж не думала, что ты польстишься на чужую жену, которая к тому же на десять лет старше тебя!

— Да говорю же, между нами ничего не было! — в сердцах воскликнул Хэттон. — Во всяком случае, не в смысле физической близости.

Однако Мэнди, пропустив мимо ушей последнее замечание, продолжала гнуть свою линию:

— После четырех лет одиночества я не могу понять, что заставило отца жениться вторично, причем на такой молодой женщине…

— Вероятно, именно одиночество и явилось причиной. Может, Том хотел внести в свою жизнь немного радости.

— Не слишком-то он веселился с Джулией. Едва закончился медовый месяц, как новобрачная вильнула хвостом и пустилась во все тяжкие, оставив супруга коротать время в одиночестве.

— Я не собираюсь оправдывать Джулию, но твой отец…

— Не смей упоминать о нем! — взорвалась Мэнди. — Он был хорошим, добрым и доверчивым, не тебе чета. А ты ограбил его, обманул и в бизнесе, и в личной жизни. Производство было его детищем, он отдал ему всю жизнь… — Голос Мэнди пресекся, и она умолкла.