Когда вселялись, по жребию Магдалин выпал второй этаж. В летнюю жару в нем было немного душновато (комнаты располагались под крышей), и сейчас девушка чувствовала еще большую усталость. Решила сначала принять душ, чтобы затем сразу лечь в постель. Она открыла дверь ванной, быстро разделась и, прежде чем пустить воду, осмотрела ноги и руки.

Похоже, о юбках на ближайшую неделю придется забыть — под обеими коленками красовалось по огромному синяку — как раз там, где она приложилась к ножкам стула, а еще один синяк был на локте. Магдалин прикоснулась к нему пальцами и зашипела от боли. А завтра вообще будет ощущение, что тело совершенно разбито. Магдалин вздохнула и открыла краны.

Душ громко зашипел, плюнул холодными брызгами, затем вода полилась аккуратным маленьким ливнем, который становился теплее и теплее. Магдалин шагнула под струи и закрыла кабинку. В тесном замкнутом пространстве сразу стало хорошо и уютно. Она закрыла глаза. Вода шумела, создавая ненавязчивый фон — если в голове вдруг рождается мелодия, она всегда звучит в унисон падающим струйкам.

Принимая душ, Магдалин часто любила мурлыкать под нос какой-нибудь популярный мотивчик. Но сейчас этого совершенно не хотелось. Она открыла глаза. Большое зеркало во весь рост успело запотеть. Магдалин провела по нему рукой снизу вверх и стала разглядывать свое отражение, словно пытаясь именно в нем найти причины своих личных неудач.

Магдалин Фитч была длинноволосой брюнеткой среднего роста, и свою фигуру она считала не идеальной, но вполне привлекательной: красивые ровные ноги, крепкие бедра, небольшая, но высокая грудь. Мордашка тоже ничего — не смазливая, однако и без резких или уродующих черт, если не считать густые брови, которые Магдалин безжалостно выщипывала.

Впрочем, она не придавала особого значения своей внешности, но вместе с тем склонна была считать, что причина ее любовных неудач вполне может быть связана с телосложением и красотой лица.