— Так вот там один врач выступал. Доктор Шелли, — старательно проговорила Магдалин, словно боялась забыть это имя. — Мне нужно попасть к нему на прием. Правда, он вроде как собирается в ближайшее время закрыть практику. Думаю, надо поторопиться. До каникул осталось три дня. Как в школе закончатся занятия, поеду в Бостон.

— Что за врач? — полюбопытствовала Трикси.

— Какой-то знаменитый психиатр.

— Господи, что я слышу? — Трикси поднялась с дивана. — Лин, разве ты похожа на тех полоумных, которые по каждому поводу бегут к психоаналитику?

— Он не психоаналитик, — с недовольством сказала Магдалин, чувствуя, что зря пришла к подруге. — Он психиатр! — повторила она.

— То есть имеет дело с психами? — тихо уточнила Трикси.

Для Магдалин ее слова прозвучали так, словно подруга подтверждала печальный диагноз.

— Ты… ты!.. — Магдалин задохнулась. — Ты вечно считаешь, что умнее всех на свете! А я перед тобой — как полная дура?!

Она готова была расплакаться. Повернулась, чтобы уйти к себе.

— Постой! Ну постой же! — Трикси схватила ее за руку. — Прости, я не права. Расскажи еще раз!

Но Магдалин была неприступна. Она лишь обняла Трикси, видя на лице подруги искреннее раскаяние. Но рассказывать по новой ничего не стала.

— Ничего, я в порядке. Наверное, это у меня действительно психоз и навязчивая идея. Завтра поговорим. Пойду спать.

Трикси еще долго вслушивалась в шорохи, доносящиеся из комнаты Магдалин. В который раз она пожалела о своей манере встречать все в штыки. Сейчас она сильно переживала за подругу. И когда минут через десять в комнате наверху стало совершенно тихо, Трикси осторожно поднялась, стараясь не скрипнуть половицей. Дверь в спальню по обыкновению оставалась открытой — Магдалин не терпела духоты. Силуэт подруги, лежавшей на кровати, едва угадывался. Магдалин лежала спиной к двери.

Трикси вгляделась, стараясь уловить даже еле заметное шевеление, движение вздоха.