Мариэтта поняла, что Макс попросту смеется над собой.

– Ах, Макс, любой человек кому-нибудь да нужен! – не сдержавшись, воскликнула она.

– Верно, кому-нибудь...

Неловкие попытки поднять настроение, по-видимому, тронули Макса, и он улыбнулся:

– Ладно, не будем заниматься наследником именно сейчас.

Он начал осторожно высвобождать шею из рук Мариэтты и выпутывать ноги из юбок, а затем, выбравшись из корзины, потянул ее за собой.

– Надеюсь, вы не пострадали? – Он нагнулся и взглянул ей в лицо. Вблизи его глаза не были такими уж темными, а на щеке красовалась царапина.

Мариэтта вскинула подбородок:

– Со мной все в порядке, благодарю вас.

Оторвав от нее взгляд, Макс повернулся к мистеру Киту:

– Бывали у тебя приземления и получше, Йен.

–Да, но бывали и похуже. – Занятый работой, Кит даже не поднял головы. – Не будь неблагодарным. Ты ведь цел?

Макс хмыкнул и, отойдя на несколько шагов, потянулся.

Мариэтта молча смотрела на него, не в силах отвернуться. От движений большого тела – оно было большим, это она знала по опыту – Макс наверняка испытывал чувственное наслаждение, а вот ей почему-то захотелось удалиться от него как можно дальше.

– Как вы, мисс Гринтри? – Мистер Кит наконец-то вспомнил, что, кроме шара, мог пострадать живой человек.

– Ничего, спасибо. Макс... позаботился о моей безопасности.

Губы мистера Кита дернулись.

– Это верно, он может позаботиться, – спокойно проговорил полот.

Макс замер, затем оглянулся через широкое плечо:

– Я не нянька, Йен.

Мариэтта оскорбленно выпрямилась.

– К вашему сведению, сэр, я уже выросла и не нуждаюсь в няньке.

– Неужели? На мой взгляд, вы просто дитя.

Ее щеки вспыхнули. Дитя? Мариэтта уже давным-давно не ощущала себя ребенком. Некоторые люди ошибочно принимали ее маленький рост и живость за незрелость, но они ошибались; она взрослая женщина с собственными мозгами и сильной волей.