— Доминик была права — ты не раскаиваешься в своих поступках! Ты действительно способен искалечить жизнь человеку, не причинившему тебе зла. Неужели ты не чувствуешь угрызений совести, шантажируя людей? Или подобное поведение для тебя в порядке вещей?

Она внимательно вглядывалась в его лицо в надежде найти в нем хотя бы признаки раскаяния, хотя бы что-нибудь, что позволило бы ей считать его угрозы пустыми. Стефани не была знакома с Дэнни, никогда его не видела, но ее сестра восторгалась им, говорила, что он слишком хорош для нее. А вот Чедвику было все равно, хорош он или плох. Человек не имел для него значения, а цель всегда оправдывала средства!

— Ты должен иметь в виду, что сегодня мне пришлось оставить Эриха гораздо раньше, чем этого хотелось бы. — Она надула губы и молча похвалила себя за собственную изобретательность. — Мне не хотелось подавать ему ложные надежды.

Складки у рта Рея стали глубже, а глаза сердито блеснули. Эгоисту больно мириться с тем, что ему есть замена, подумала Стефани.

— Эрих тоже участник вашего заговора?

Опять угроза! Слава Богу, Эрих сам мог постоять за себя. Так приятно не нести ответственности за другого человека, подумала Стефани.

— Нет, он был недоволен им, — ответила она, не солгав.

— Ему, видно, приходится многое терпеть…

На лице Стефани промелькнуло раскаяние.

— Да, он терпелив.

— Был терпелив!

— За шантажом следуют угрозы, так же как ночь сменяет день, — констатировала она с показным равнодушием.

Да, он загнал ее в угол, но в душе она никогда не покорится. Стефани обхватила себя руками. Движение это не ускользнуло от Рея, и он взглянул на Стефани так, что ту бросило в жар.

— Конечно, с помощью шантажа ты способен заставить меня выйти за тебя замуж, но не надейся, что это доставит мне удовольствие, да и тебе тоже!