– Я хочу жить самостоятельно, – повторила Марго упрямо. – Ведь ты же так живешь! Ты будешь юристом, Кейт у нас умница, на год раньше поступила в Гарвард, Лора замуж выходит, а я… Теперь все понятно, подумал Джош.

– И тебе стало себя жалко?

– Возможно. Что ж тут такого? – Она налила себе еще шампанского. – Не грех немножко пожалеть себя, когда все близкие тебе люди делают то, что хотят, а ты – нет. Я решила, что отныне тоже буду делать то, что хочу!

– Ну хорошо, ты поедешь в Лос-Анджелес. А дальше что?

– Устроюсь на работу. – Она снова пригубила шампанское, ей очень нравилось это неведомое прежде состояние легкости и уверенности в себе. – Хочу стать фотомоделью. Ты еще увидишь мои фотографии на обложках лучших журналов!

Да, личико у нее что надо, подумал Джош. И фигура. Сражает наповал.

– И это предел честолюбия? – усмехнулся он. – Сниматься для журналов?

Марго гордо вскинула голову и бросила на него презрительный взгляд.

– Я собираюсь стать богатой, знаменитой и счастливой! И всего этого добьюсь сама. За меня не будут платить ни мамочка, ни папочка. И на наследство мне надеяться не приходится.

Джош раздраженно прищурился.

– Ты намекаешь на меня? Оставь, Марго! Ты даже не знаешь, что такое работа, ответственность, обязательства…

– А ты, можно подумать, знаешь? Да тебе в жизни ни о чем беспокоиться не приходилось!

Достаточно было пальцами щелкнуть – и слуга все тебе подносил на серебряном блюдечке. Эти слова глубоко оскорбили Джоша.

– Ты, кажется, ела с того же блюдечка! Марго покраснела от досады.

– Да, ела! Но теперь собираюсь обеспечивать себя сама!

– И каким же образом? – Джош взял ее за подбородок. – При помощи своей внешности? Боюсь, что придется тебя разочаровать. Красивые женщины заполонили Лос-Анджелес, герцогиня! Не успеешь опомниться, они тебя проглотят и косточки выплюнут.

– Черта с два! – Она резко вывернулась. – Это я их проглочу, Джошуа Конвей Темплтон! И меня никто не остановит!