Ее сестра и помощники умерли. На деньги или другую помощь от миссии «Христианский Китай» надеяться не стоило. И все случилось именно тогда, когда у нее появилась надежда сбросить с себя хоть часть того груза, который она так долго несла. Ей удалось справиться с горем и усталостью. Она собралась с духом и снова взялась за работу. До сих пор ни одна из сестер не прикасалась к наследству, оставленному отцом. Они надеялись вернуться в Англию и умереть на родине, а деньги могли обеспечить им спокойную старость. Мисс Протеро перевела деньги в банк в Ченгфу. На эти деньги и существовала миссия в Цин Кайфенг.

Я часто не понимала мисс Протеро. У нее было много чудачеств и странных идей. Но за все, что она сделала, я любила ее так, как не любила ни одно живое существо. Никто и никогда не восхищал меня так, как она.

Она полгода не вставала с постели, и я знала, что жить ей осталось недолго. Так сказал мне доктор Ленгдон, американский врач, которого я привела из Ченгфу к мисс Протеро. Я проплакала всю ночь. Странное это было ощущение. В последний раз я плакала, когда была маленькой. Наплакавшись вволю, я поняла, что должна защитить мисс Протеро от волнений. Это все, что я могла для нее сделать.

Думать о том, что будет, когда мисс Протеро не станет, я не могла. Помню, как я однажды спросила ее, как удалось ей справиться с теми несчастьями, что обрушились на нее во время холеры. Я никогда не забуду ее ответ: «Всякий раз, когда не знаешь, что делать, делай то, что нужно в первую очередь, и не останавливайся».

Сейчас, в первую очередь, мне нужно идти в Ченгфу, чтобы украсть денег, но я не осмелюсь сказать об этом мисс Протеро. Она слабо улыбнулась, когда я поправила старые подушки у нее за спиной и пристроила поднос у нее на коленях. На подносе были чашка чая с остатками молока и миска с кашей. Такой же кашей Юлан сейчас кормила маленькую Кими, но для мисс Протеро я отварила и мелко порубила крохотный кусок овечьей печенки. Мне дал ее вчера один фермер за то, что я почистила его арык.