Малко не ожидал встретить такую утонченность в Пномпене. Вина доставлялись сюда из Сингапура самолетами. «Шато-Марго» 1957 года, поданное к сыру, могло поспорить с самим парижским «Максимом».

Мужчины были в галстуках, но без пиджаков, женщины в сампо

Соседка Малко, камбоджийка, неожиданно замерла с поднятой вилкой.

– Усиливается стрельба в районе Тонлесап, – отметила она. – «Они» уже на острове.

Малко прислушался. Глухая канонада гремела вдали, сопровождаемая пулеметными очередями. Это был единственный признак того, что жизнь в Пномпене не совсем нормальна. Тиски «красных кхмеров» не ослаблялись вот уже несколько недель. Ночью шум битвы слышался еще лучше.

За соседним столом сидел хозяин дома, Мали Куала, атташе малайского посольства. Неожиданно он встал и пригласил гостей к ограде бассейна, где их ожидал кофе. Тут же были приготовлены удобные матрацы, покрытые таиландским шелком. Мали Куала с его очень темной кожей, черными очками, правильными чертами лица был нереально красивым. Малко подумал, что такой человек мог использовать в своих интересах дипломатический корпус Пномпеня... и что женщины вряд ли могли сопротивляться его обаянию.

Соседкой Малко оказалась молодая камбоджийка с высокими скулами, очень удлиненными глазами и слишком пухлыми губами. Сампо из фиолетового шелка прикрывало ее почти детское тело. Иссиня-черные волосы были уложены в сложный шиньон, удерживаемый толстой серебряной булавкой, концы которой торчали с двух сторон. Она напряженно и даже сладострастно смотрела на молодого малайского дипломата.