– Я знаю, сэр, но…

– Ты должна держать себя в руках.

– Да, сэр, но…

– Скажи мне, где ты находишься, за тобой заедут. Отвезут к врачу.

Тьерри попытался привычно черкнуть в блокноте. Но чернила кончились. Он с недоверием уставился на кончик пера.

– Ну вот, покупаешь ручку за восемь сотен долларов, а она не пишет, – пробормотал он.

– Сэр, вы не слушаете меня. Вы не понимаете. Я нашла ее.

Взгляд Тьерри замер на ручке, на длинных пальцах, сжимающих толстый золотой цилиндр… Он уже знал: этот момент навсегда останется в его памяти, будет выжжен в ней раскаленным клеймом.

– Вы слышите меня, сэр? Я нашла ее.

Наконец Тьерри снова обрел дар речи, но голос его прозвучал сдержанно и даже сухо:

– Ты уверена?

– Да! Да, сэр. Я уверена. У нее есть отметина и все остальное. Ее зовут Ханна Сноу.

Тьерри потянулся через переднее сиденье, железной хваткой вцепился в удивленного Нильсона и тихо-тихо прошептал ему на ухо:

– У тебя есть карандаш?

– Карандаш?

– Что-нибудь, чем можно писать, Нильсон. Инструмент, которым пишут на бумаге. У тебя есть это? Быстро, потому что, если я не успею записать, ты уволен.

– У меня есть ручка, сэр. – Одной рукой Нильсон выудил из кармана прозрачный «бик».

– Твое жалованье удвоено. – Тьерри взял ручку и плюхнулся на сиденье. – Где ты находишься, Люпа?

– Возле городка, который называется Шаманская Скала. Но есть еще кое-что, сэр… – Голос Люпы внезапно дрогнул. – Другой волк, который дрался со мной… он тоже видел ее. И он сбежал.

У Тьерри перехватило дыхание.

– Понимаю…

– Это было ужасно! – Люпу внезапно прорвало. – О, Тьерри, какой ужас! Я пыталась остановить его. Но он убежал… и теперь я боюсь, что он расскажет обо всем… ей.

– Не огорчайся, Люпа. Ты сделала все, что смогла. Я скоро сам приеду. Я приеду и позабочусь о… обо всем. – Тьерри взглянул на водителя. – Нам нужно кое-куда заехать, Нильсон. Сначала – в магазин Харман.