— Папа говорит, что свиньи очень умные. Намного умнее коров и даже собак.

— Я этого не знала, но слышала, что они замечательные животные.

Оливия просияла.

— Эта очень красивая. Я бы хотела назвать ее Маленькая Принцесса.

Кейт рассмеялась.

— Почему нет? Я не смогла бы придумать лучшего имени для нее.

Свинья захрюкала, и Оливия начала ее передразнивать.

Кейт стало тяжело держать девочку, и она поставила ее на дорожку. Она ожидала, что Оливия начнет возражать, но малышка так доверчиво посмотрела на нее, что к горлу подступил комок.

— Свиньи — твои любимые животные? — спросила Кейт.

— Наверное. — Оливия задумалась. — Когда я жила с папой, у нас было много животных. Поросята, телята, утята и цыплята.

— А щенки были?

— Целая куча щенков. — Ее нижняя губа задрожала. — Но я больше не могу иметь животных.

— Потому что ты живешь в городе? Девочка кивнула.

— Мама говорит, что в нашем доме нельзя держать животных. Даже золотых рыбок.

Кейт понимала разочарование Оливии. Ее собственная мать не любила животных. После каникул в Рэднор, где щенки на диване были нормой, Кейт было тяжело привыкнуть к стерильной чистоте лондонской квартиры.

— Зато в городе есть много других интересных вещей, — дипломатично ответила Кейт.

— Нет. В Сиднее очень скучно.

Не успела Кейт ответить, как у них за спиной раздался пронзительный женский голос. Повернувшись, она увидела Лайэн и Джеймса Кэллоуэя, идущих им навстречу.

Не обращая никакого внимания на Кейт, Лайэн протянула дочери руку:

— Пойдем.

В глазах Оливии промелькнуло что-то, похожее на страх, но быстро исчезло. Кейт решила, что ей это просто показалось.

— Мы нашли свинью, — сообщила девочка матери.

— О боже! — Лайэн с отвращением скривила губы. — Пойдем, Оливия. Нам нужно вернуться в мотель и сделать много важных звонков.