— Правда? — заинтересованно спросил кто-то. — Эй, повернись-ка.

Но Кейт уже поворачивалась. В дальнем конце комнаты обнаружилась ниша с эркерным окном, откуда выглядывал молодой человек.

Вид у него был совсем не угрожающий: густые черные волосы и миндалевидные глаза. В руках он держал фотоаппарат, и Кейтлин догадалась, что он делал снимки через открытое окно.

— Улыбочку!

Фотовспышка ослепила Кейтлин.

— Ой!

— Извини, просто не хотел упустить момент. — Молодой человек повесил фотоаппарат на шею и протянул руку Кейт. — У тебя действительно замечательные глаза. Немного странные. Я — Льюис Чао.

«Милое лицо», — решила про себя Кейтлин.

Льюиса нельзя было назвать ни мускулистым, ни грубым, скорее маленьким и опрятным. Его ладонь, когда Кейтлин пожала ему руку, оказалась сухой, а в глазах не полыхала похоть.

— С тех пор как мы приехали сегодня утром, Льюис все время фотографирует, — сказала Анна. — Запечатлел уже весь район.

Кейтлин поморгала после вспышки и с интересом посмотрела на Льюиса.

— Правда? А ты откуда? — спросила она, а сама подумала: «Наверняка Огайо ближе».

Льюис блаженно улыбнулся.

— Из Сан-Франциско.

Кейтлин рассмеялась, и вдруг они засмеялись все вместе. Не издевательски, не над кем-то, а просто весело. И тогда Кейт поняла.

«Я буду здесь счастлива», — осознала она.

Это открытие оказалось трудно принять сразу. Быть счастливой, притом целый год. Кейтлин вообразила чудесную картину: она сидит у камина, который видела на первом этаже, занимается; другие ребята тоже работают над своими проектами, и пусть каждый занят делом, они близки, их связывают теплые отношения. Каждый из них — особенный, но никто не против отличий.

Нет нужды возводить стены и отгораживаться друг от друга.

Ребята заговорили охотно и дружелюбно. Казалось абсолютно естественным устроиться на кровати рядом с Анной.