Мужчина ждал ответа, но его так и не последовало.

Он подождал еще немного. Тишина и покой.

— Не больно-то и хотелось, — буркнул Купер, пожал плечами, развернулся и пустился в обратный путь. Теперь ветер бил в лицо, вынуждая отступить. Было не теплее пяти градусов. И скоро окончательно стемнеет. Даже если бы у них в машине было четыре одеяла (да хоть десяток!), к утру эта дура замерзнет. Хоть бы ребенка пожалела!

Черт!

Брайант позволил ветру вновь отбросить себя к «тойоте» и постучал в стекло. Но теперь, наученный горьким опытом, сразу же отпрыгнул, опасаясь появления дула.

— Ночью будет ниже нуля! Вам не выжить в машине!

— С нами все будет в порядке!

— Нет, не будет! — Мужчина начал злиться и попытался открыть дверцу, но та была надежно заперта. — Если бы с тобой не было ребенка, я бы ушел не раздумывая. Но ради малыша — будь же разумна!

— Я и без того разумна! — Женщина опустила стекло. Купер не мог не заметить ее чудесных светлых волос, чистой розовой кожи без единого изъяна и дивных голубых глаз. — Я позвонила одному приятелю, и через минуту меня спасут.

Брайант не смог удержаться от смеха.

— Спасут?! Ты что, не видишь, какая погода?

Ее красивые глаза опасно сузились.

— Я слышала, что надвигается снежная буря, однако здесь всегда много снега. Я живу за перевалом и привыкла к сугробам.

— Однако теперь тебе придется обратить на метель особенное внимание. Становится все холоднее. Я слышал, что снега нападает с полметра. Если у твоего друга есть мозги, он останется дома.

Девушка снова промолчала, и терпение Купера лопнуло.

— Или через секунду ты выйдешь, или я разобью стекло машины, чтобы спасти твоего ребенка! — завопил он.

Брайант мог поклясться, что женщина с отвращением вздохнула, и решил, что в итоге сумел переубедить ее. Девушка открыла дверцу и вышла из машины. Порыв ветра взметнул ее светлые волосы, и они в беспорядке взвились вокруг ее головы.