Агент Конни стал получать гораздо больше телефонных звонков после ее разоблачительного материала о ФБР и федеральной прокуратуре в Лос-Анджелесе. Собственно, это была идея менеджера, но, если вдуматься, материал весьма злободневный. И Голливуд не прочь лягнуть ФБР. Если Бюро и федеральная прокуратура беспорочны, почему она без труда раскрыла их грешки? Может, «беспорочны» не самое верное слово? Она сняла на пленку агентов и работников прокуратуры, выпивающих на работе, посещающих проституток, часами занимающихся в местных спортзалах. Кого-то из них уволили, так что материал принес пользу обществу. И коллеги явно оценили ее усилия, потому что ей теперь снова звонят.

Конни отступила и положила руки на бедра.

— Да, так я и сделаю, — громко сказала она, утверждаясь в своем решении, надела халат и вошла в спальню.

Конни не замечала сидевшего в кресле мужчину, пока не увидела его в зеркале. Инстинктивно она запахнула халат на груди, повернулась.

— Кто вы? — И заметила, что он в перчатках. В левой руке незнакомец держал картонный стакан с кофе. В правой был пистолет. Она плотнее запахнула халат. — Что вам нужно?

— Разумеется, не это, — усмехнулся мужчина.

Конни пытливо посмотрела ему в глаза, серые, мрачные. В них тлела ярость, не та, что вспыхивает на миг, а не сгорающая в течение жизни. Этот человек был явно опасен.

Она успокаивающе опустила руки и мягко спросила:

— Тогда чем могу быть полезна?

— Меня привел сюда ваш материал о ФБР. Хорошо вы разделали эту организацию.

— Все это правда.

— Да, вы настоящая патриотка.

Замечание вряд ли можно было счесть саркастическим. Голос человека звучал бесстрастно, без оскорбительных ноток.

— Все это правда, — повторила она, словно вторичное оправдание лишало его последних сомнений.