– Войдите, – сказал приятный мужской голос. Кэтрин зажала под мышкой папку с бумагами и открыла дверь.

– Вы?! – в унисон воскликнули оба, застыв от удивления. Она смотрела в широко раскрытые голубые глаза мужчины, которого она… Да, которого она поцеловала несколько часов назад. Мысли вихрем закружились в ее голове. Что теперь будет? Он откажет ей от места? Или, как выразился Джереми, «посягнет на ее честь»? «Нет, он не может сделать этого, – подумала она и стала молиться – Он не может отнять у меня работу. Я должна убедить его в том, что я – порядочная женщина, как бы ни противоречило этому мое недавнее поведение».

Мужчина опомнился первым.

– Послушай, я не могу сейчас с тобой разговаривать. У меня назначено собеседование с учительницей Зака, поэтому тебе лучше прийти попозже. А еще лучше, скажи мне, где ты работаешь, и я сам навещу тебя. А сейчас уходи.

Он обогнул письменный стол, взял ее за руку и попытался выпроводить из комнаты через боковую дверь.

– Уберите руки! – сказала Кэтрин самым строгим тоном, какой имелся в ее учительском арсенале, но на мужчину этот тон не произвел никакого впечатления. Тогда она ловким движением высвободила руку и отбежала на середину комнаты. В мгновение ока мужчина оказался рядом и снова попытался схватить ее.

Не отдавая себе отчета в своих действиях, Кэтрин бросила на пол папку с бумагами, метнулась к стене и сорвала с нее армейскую шпагу.

– Мистер Джордан, если вы еще раз прикоснетесь ко мне, я проткну вас этой шпагой. Полагаю, я не ошиблась, вы – мистер Джордан?

Коул застыл от удивления, но лишь на несколько секунд. Затем в его глазах вспыхнул огонек веселья. Он сел на стол и скрестил руки на груди.

– Может быть, вам следует прежде вытащить шпагу из ножен? – спокойно осведомился он.