Она оцепенела от ужаса, когда мужчина в ответ откинул голову и расхохотался.

– Ха-ха-ха, так вот в чем дело! Нет, вы все-таки должны сказать мне, кто подбил вас на это. Нед или, может. Свиная Башка?

– Я не понимаю, о чем вы говорите. Извольте соблюсти условия контракта; либо дайте мне работу, либо заплатите, чтобы я могла уехать из этого города. И то и другое меня устроит.

Коул оперся руками о стол и перегнулся через него так, что их лица оказались совсем близко друг от друга.

– Миссис де Ланж, или как там ваше имя – кстати, обращение «миссис» тоже вызывает у меня сильнейшие сомнения, – ни о каком соблюдении контракта не может быть и речи. Я вижу, что вы не та, кого я нанимал на работу, а потому не чувствую себя обязанным заплатить вам хотя бы цент.

От огорчения Кэтрин не могла говорить. Ни работы, ни денег. Как они с Джереми будут жить?

– А теперь, миссис…, как вас там, я попрошу вас оставить мой кабинет. И передайте тем, кто вас подослал, что меня не так-то легко одурачить. Однако вынужден признаться: наживка, которую они использовали, весьма мне по вкусу, – добавил он, окидывая плотоядным взглядом ее тело, затянутое в корсет.

– Мистер Джордан, – севшим голосом заговорила Кэтрин. – Мне очень нужна эта работа. Мы с сыном вложили в это предприятие все деньги, какие у нас были, и, кроме того…, есть другие обстоятельства.

– Какие?

– Я не могу сказать какие, но…

Она не договорила, потому что он отодвинул от себя бумаги, которые она перед ним разложила, и они упали на пол. Нагнувшись, она начала поспешно собирать их и складывать в папку. Руки ее так сильно дрожали, Что она с трудом натянула на папку резинку.

– Может быть, вам нужна повариха? – прошептала она.