Она надеялась пристыдить его, но адвокат только усмехнулся.

– Потому же, почему я не сделал приписки «за исключением дьявола», мадам.

Помолчав немного, он снова оглянулся на жену – посмотреть, оценила ли та его остроумие, и, видя, что жена улыбается, не переставая разматывать клубок, пришел к удовлетворительному для себя выводу – Я готов выступить против любого человека, кроме дьявола и Джордана, что, на мой взгляд, почти одно и то же Я веду дела против убийц и воров. На моем счету есть даже осужденные проповедники, но я никогда не пойду против Джорданов.

Ситуация очень напоминала ту, с которой Кэтрин столкнулась девять лет назад в Ирландии. Здесь не осмеливались высказаться против Джорданов, а там никто не смел вступить в противоборство с могущественным семейством О'Конноров.

– Вы хотите сказать, что, будучи гражданином свободной страны, готовы позволить некоему Джордану диктовать вам свои законы?

– Вы можете сколько угодно размахивать флагом, мадам, только вряд ли это вам хоть сколько-нибудь поможет. Каждая пядь земли в этом городе принадлежит семье Джорданов, поэтому все мы выполняем их распоряжения.

– И сколько же их здесь, этих Джорданов? – поинтересовалась Кэтрин, широко раскрыв глаза.

– Вполне достаточно, правда, большинство из них живут в Денвере. Они перебрались туда много лет назад. И только Коул остался здесь, чтобы следить за порядком в городе.

– Это не город, мистер Стюарт, это настоящее чистилище.

– Здорово, правда? – радостно улыбнулся мистер Стюарт. – Это местечко – заветная мечта любого юриста. Здесь столько работы, что не хватило бы и дюжины законников, чтобы справиться с ней. Зато я могу позволить себе роскошь выбрать дело по душе.