– Беги! – крикнул Майкл, повалив наземь ставшего багровым Уэллса.
Уэллс вслепую ударил его разряженным пистолетом, но тот безобидно отскочил от плеча Майкла.
– Беги! – прокричал он еще раз, но Кэтрин не двинулась с места, парализованная страхом.
Билли переминался с ноги на ногу, словно пребывал в нерешительности. Но тут Томас, передвигавшийся с буйволиной тяжестью и медлительностью, подошел к дерущимся и высоко занес над головой дубинку. Панический крик вырвался из груди Кэтрин, Майкл услыхал его и поднял голову, но было уже поздно. С жутким хрустящим звуком дубинка спустилась ему на правый висок. Он упал лицом вперед и безжизненно распластался на земле.
Уэллс вскочил на ноги, держась за горло и чертыхаясь. Полуслепая от слез, Кэтрин попыталась проскочить мимо него к Майклу, но, оказавшись у нее за спиной, главарь схватил ее за волосы и рывком подтащил к себе, а другой рукой обхватил за талию.
– Э, нет, так не пойдет! Да брось брыкаться, дурочка! Тебе понравится, вот увидишь! Стой, я сказал! Черт! Ах ты, сука…
Выпустив ее волосы, он повернул Кэтрин лицом к себе и крепко ударил по лицу. Шок от удара заставил ее позабыть о страхе, она ощутила ослепительную вспышку неимоверной ярости. Шипя и отплевываясь, пустив в ход локти, колени, кулаки, ногти, Кэтрин бросилась на Уэллса, как дикая кошка, и ему пришлось отступить.
– Эй, уберите ее от меня! – вскричал Уэллс, закрывая лицо руками.
У него пошла носом кровь, на шее остались глубокие борозды. Остальные двое смотрели, раскрыв рот и отступив на почтительное расстояние. Томас все еще сжимал в руке деревянную дубинку.