Видели бы вы, как просиял мальчуган, когда я приказал ему проводить даму! Небось размечтался, как будет ее спасать, если на дилижанс нападут разбойники. Впечатлений ему хватит до конца года. А вот Деннис всю обратную дорогу ехал нахохлившись — еще бы, ему-то выпало «провожать» не молоденькую красотку, а старого ворчуна!

Он подошел к столу и, не спрашивая позволения, налил себе вина.

Доминик с улыбкой смотрел на своего старого сержанта. Джек все такой же, как был пять лет назад в Испании. В то время он муштровал рекрутов — сейчас школит молодых лакеев. Джек суров и придирчив, но лакеи и конюхи его обожают, как когда-то обожали своего сержанта новобранцы.

Джек Айронфут допил вино и вытер рот тыльной стороной ладони.

— Итак, на этот раз Ладберри влип, — произнес он.

Доминик нахмурился.

— Да, мне не удалось уломать этого осла-судью. Очевидность для него ничего не значит, а о научной логике он и вовсе не имеет никакого понятия.

— Должен вам сказать, сэр, — философски заметил Джек, — меня это нисколько не удивляет. Сказать по правде, я и не надеялся, что у вас что-то выйдет. А Ладберри не везет: вечно влипает в какие-то истории. Солдат из него был что надо, а вот от мирной жизни он скучает и начинает заливать тоску вином.

В самом деле, в Испании Орис Ладберри проявил себя отлично. В отряде, которым командовал герцог Уэстермир, трусов не держали; любого из «Девяноста стволов» можно было без преувеличения назвать героем, но Ладберри даже среди них выделялся неукротимой отвагой.

Герцог налил себе еще кларета. Руки у него слегка дрожали: наверно, не стоило так много пить. Самое обидное, что от вина ему становилось только хуже. Теперь першило не только в горле, но и в груди.