Прочитал заголовок. На молодую танцовщицу Мону Мур напали в Вашингтон-Хейтс и убили ударом шила в сердце.

Он вспомнил. Мгновенно все вернулось: тело девушки, шило, убийство…

Он до боли стиснул зубы. Сколь же реально все это ему привиделось. Наверное, психоаналитик смог бы ему помочь. Но дипломированные психоаналитики так дороги, а у него есть свой психоаналитик, личный и бесплатный, сержант Рукер.

Но он вспомнил все! Все, как купил шило, как бросил девушку наземь, как вонзил…

Он глубоко вдохнул. Упираться бесполезно. Самому ему не справиться. Он подошел к телефону, позвонил на работу.

– Говорит Каттлетон. Я задержусь на час или около этого. Иду к врачу. А оттуда сразу же на работу.

– Ничего серьезного? – обеспокоенно спросили на другом конце провода.

– Нет, нет, ничего серьезного.

Он в общем-то и не солгал. В конце концов Рукер стал его психоаналитиком, а психоаналитик – тот же врач. Ему назначено: сержант Рукер сказал, что ждет его в любой момент. И заболевание у него несерьезное, тут он тоже не погрешил против истины. Он знал, что невиновен, как бы память не убеждала его в обратном.

Рукер разве что не улыбнулся ему.

– Посмотрите, кто к нам пожаловал. Я бы мог догадаться, что увижу вас сегодня, мистер Каттлетон. Ваше фирменное преступление, не так ли? Нападение на женщину и убийство.

Уоррен Каттлетон не улыбался.

– Я… это Мур. Мона Мур.

– Эти стриптизерши любят экзотические имена. Мона Мур. Прямо-таки Любовь моя.

– Правда?

Сержант Рукер кивнул.

– И убили ее вы. Как это произошло?

– Я знаю, что не мог этого сделать, но…

– Перестать бы вам читать газеты, – сержант Рукер покачал головой. – Пошли, вытравим эту муть из вашей головы.

Они уединились в маленькой комнатке. Мистер Каттлетон сел на стул с высокой спинкой. Сержант Рукер закрыл дверь, встал у стола.