Сейчас мне кажется, что одна из причин такого поведения Джефа – его избалованность. «Золотая молодежь»… Они привыкли, что все получается само по себе – не нужно прилагать никаких усилий, чтобы добиться чего-то от жизни. Все идет своим чередом: деньги вынимаются из кошелька родителей, девушки сами бегут удовлетворять их потребности… Ни в чем нет отказа – в этом-то вся проблема… Что ж, это будет мне хорошим уроком: впредь я ни за что не стану встречаться с человеком, чье материальное положение и положение в обществе выше моего… Да и вряд ли я еще когда-нибудь стану играть в эти игры. Для этого нужно иметь холодную голову, а я, увы, слишком эмоциональна…

Хорошо бы горный ветер Трансильвании остудил мою голову… Если бы ты знала, Линда, как мне хочется забыть о нем… Но его лицо постоянно стоит у меня перед глазами… А этот взгляд… Впрочем, не стоит об этом. Не стоит заново разжигать в себе страсти. Лучше попробовать их потушить…

Кажется, коктейль не очень положительно подействовал на мой желудок. Или наступила реакция на перелет? Ты ничего не слышала о «воздушной болезни», Линда? Ведь есть же «морская»… Пожалуй, мне стоит прогуляться в дамскую комнату. Не знаю, продолжу ли письмо, поэтому пока прощаюсь.

До скорой встречи. Целую

Микаэль краем глаза покосился на девушку, бойко поскакавшую в сторону «удобств». Он заприметил ее еще в аэропорту. Белая курточка с капюшоном, отороченным голубым мехом, смешной помпон на темно-коричневой шапочке, расшитой белыми снежинками. Такие же, в белых снежинках, рукавички. И светло-голубые джинсы, весьма сексуально обтягивающие стройные ножки. Завершали этот легкий приятный образ белые сапожки на маленьком каблучке. В сумерках он с трудом разглядел ее лицо, но, кажется, оно было очень красивым. Правда, и очень грустным…