– Почему это вы умоляете меня, а не он? спросила Джоселин, указывая на открытую дверь, где в фойе все еще стоял Донован Найт и наблюдал за ними.

– Я смогу убедить его. – Доктор Ривз быстро подошел к своему другу. – Донован, она нужна тебе. Ты не можешь рисковать жизнью. Ты нужен своим пациентам. Полиция не уделит твоему делу достаточно внимания, а мне надоело не спать ночами, волнуясь за тебя.

– Я сменю замки.

– Этого недостаточно. Если злоумышленник настроен решительно, он добьется своего. Кроме того, – Марк понизил голос, – подумай о Центре помощи, ведь он так много значит для тебя. Ты должен закончить этот проект, а это можно осуществить только с ясным умом, думая о деле, а не о том, кто прячется за ближайшим углом.

Воцарилась тишина. Джоселин показалось, что доктор Ривз задел своего друга за живое, упомянув о каком-то Центре помощи. Она снова нажала на кнопку лифта.

Доктор Ривз метнулся к ней.

– Прошу вас, не уезжайте.

– Вы должны были обсудить все это до того, как нанимать меня, а не приглашать меня сюда неизвестно зачем и тратить мое время. У меня целый список людей, которые действительно нуждаются в моей помощи.

– И что, список длинный? – спросил Донован, встав в проеме открытой двери.

Джоселин и доктор Ривз уставились на него.

Нет, ей не стоит слишком долго смотреть на этого мужчину: его сексуальность пробуждает в ней переживания институтской поры – с игрой гормонов, жаром в крови и всеми прочими прелестями сексуальной жизни.

– Достаточно длинный, – буркнула она.

– Вы настолько хороши?

– Она лучшая, Донован. Джоселин работала в Разведывательном управлении и имеет лист рекомендаций в милю длиной – очень впечатляющих рекомендаций.

Доктор Найт вышел из проема двери и направился к ним. Чем ближе он подходил, тем неуютнее чувствовала себя Джоселин и тем сильнее ей хотелось убежать куда-нибудь. Что с ней творится? Красота Донована Найта и его манера держать себя пробуждают в ней инстинкты, которые ей трудно контролировать.