— А когда я должна приступить к работе, о которой вы говорили? — спросила она у Риган.

Та взяла Лию за подбородок и стала рассматривать ее лицо в свете солнца. Синяки почти совсем зажили.

— Скажем, завтра утром.

— Хорошо, — улыбнулась Лиа. — У вас есть для меня какая-нибудь старая одежда? Что-нибудь поношенное, — продолжала она, кивком показав на голубое шелковое платье Риган.

— Пожалуй, мы пока не будем думать о твоей одежде, — задумчиво ответила Риган. — Думаю, мы начнем завтра, если у Николь будет время. — Она не оставила Лие времени, чтобы задать вопросы. — Мне нужно идти. Предстоит подготовить очень и очень многое, — рассеянно добавила она и вышла из комнаты.

Когда Лиа проснулась на следующее утро, Николь и Риган, с чепчиками на голове и в старых грубых платьях из муслина, уже стояли возле кровати. На их лицах застыло суровое выражение.

— Нам придется нелегко, — негромко сказала Риган. — С чего начнем?

— С тела, а волосами займемся завтра. Не успела Лиа опомниться, как они схватили ее за руки, извлекли из кровати и повели из спальни. Пока они силой влекли Лию, та изумленно разглядывала ковры, картины и великолепную мебель. Они спустились в относительно скромную комнату, которая все же казалась замечательной по сравнению с той, в которой раньше жила девушка.

— Это будет моя комната.? Да подождите! вскрикнула она, когда Риган и Николь сорвали с нее ночную рубашку. Она наклонилась, пытаясь прикрыть наготу. — Вы не можете…

— Привыкай к этому, Лиа, — распорядилась Риган. — Дня два тебе одежда вообще не понадобится.

— Вы не имеете права… — начала Лиа и подхватила рубашку с пола.

— Залезай! — приказала Риган, показывая на гигантскую ванну, установленную в середине комнаты.

Лиа стояла неподвижно, загородившись ночной рубашкой.