Десима вспомнила, как она познакомилась с ней в Женеве. Английский твидовый костюм был чуть велик Рэйчел; она заплетала волосы в косы и накручивала их вокруг головы. Оригинально, решила Десима. По-своему красиво. Но все же не каждому понравится. У них было мало общего, но они все же подружились. Десима страдала от одиночества вдали от своего отца; Рэйчел, впервые в жизни разлученная с родителями, проявила больше теплоты и понимания, чем кто-либо другой. Рэйчел прибыла из незнакомого Десиме мира чаепитий у приходского священника и тенниса по уикэндам. Детство Десимы, дочери шотландского аристократа и итальянской графини, которые давно развелись, проходило в высшем свете; до четырнадцати лет девушка жила со своей легкомысленной, ветреной матерью, порхавшей по континенту среди международной элиты. Потом мать умерла, приняв в состоянии опьянения смертельную дозу снотворного. Отец вырвал Десиму из космополитического водоворота и увез на западное побережье Шотландии.

Десима полюбила Рошвен с первого взгляда. Отец волновался, что она с трудом привыкнет к глуши после блеска дюжины столиц, но девушке, уставшей от сложностей городской жизни, Рошвен показался сказкой, чудесным пристанищем, где можно укрыться от мира, в котором она играла навязанную ей роль зрителя, наблюдающего со стопоны за матерью, вечно пребывающей в состоянии лихорадочной погони за развлечениями. Рошвен показался Десиме самым прекрасным местом на земле.

Ее отец обрадовался браку дочери с Чарльзом Маннерингом, оксфордским профессором, автором двух книг по средневековой истории. Зять сразу понравился ему, и он добавил в завещание пункт, позволяющий Чарльзу вместе е доверенными лицами распоряжаться Рошвеном до совершеннолетия Десимы. Он даже ввел условие, согласно которому в случае смерти Десимы, если таковая наступит до того, как девушке исполнится двадцать один год, Рошвен переходит в собственность ее детей или, при отсутствии последних, мистера Чарльза Маннеринга. Но это могло произойти лишь в том случае, если Десима умрет до достижения ею совершеннолетия. После этого доверительные права теряют силу, и Десима становится единственной хозяйкой владения. Сам дом, ввиду своей удаленности, не обладал значительной ценностью, но окружавшие его леса представляли из себя небольшое состояние; они сдавались в аренду государству на весьма выгодных условиях.